На главную Назад

В сегодняшнем выпуске:

Решения Страсбурга повлияют и на наше законодательство 

Латвия будет спорить с Россией в Эдинбурге

Латвия выпустит марку в честь Билла Клинтона

Поколение Упс: ребенок ворует, мама глупо хихикает

ТЕПЕРЬ ВЫ МОЖЕТЕ ЗАБРОНИРОВАТЬ ОТЕЛЬ В ЛЮБОЙ СТРАНЕ МИРА НЕ ВСТАВАЯ С КРЕСЛА ЗА НЕСКОЛЬКО МИНУТ. НИКАКОЙ ПРЕДОПЛАТЫ! ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ЗА 7 СЕКУНД! Бронировать>>>

Решения Страсбурга повлияют и на наше законодательство 

Вот уже два месяца как Латвия стала членом Евросоюза. Наша судебная власть тоже готовилась к этому событию. Какие изменения в связи с вступлением в ЕС произошли в латвийском судопроизводстве? Когда мы ощутим их? И что нас ждет дальше? Об этом обозреватель "Телеграфа" Алла БерезовскаЯ беседует с председателем Верховного суда Латвии Андрисом Гулянсом.

Суд присяжных — для больших стран

— Теперь Латвия — одна из 25 стран Европейского союза. Можно ли жителям нашей страны в связи с этим рассчитывать на более действенный институт защиты свидетелей?

— Я думаю, что эта проблема не так уж связана с Евросоюзом. Наше законодательство включает в себя положения по защите свидетелей и потерпевших. Но я согласен, что в этой части мы тоже должны проводить более тщательную работу. В мире, в котором мы сейчас живем, организованная преступность и терроризм представляют очень большую угрозу. Кроме того, эти преступления крайне сложно доказать в суде. Свидетели и потерпевшие нередко отказываются от своих показаний именно из-за того, что не верят, что их кто-то защитит после суда. Но здесь нужны договоренности на уровне государств, чтобы у нас была возможность в рамках программы защиты свидетелей принимать в Латвии людей и отправлять их в случае необходимости в другие страны. Как на стадии следствия, так и после суда. Сама жизнь заставляет нас это делать.

— А будет ли в Латвии внедряться институт присяжных заседателей?

— Могу высказать только свое мнение: в Латвии суд присяжных заседателей не нужен. Это довольно дорогостоящий институт. Заседатели и так участвуют в наших судебных заседаниях. Нас критикуют, что, мол, это пережитки советского строя. Но подобный институт общественных заседателей есть во многих странах. Другой вопрос, что эти люди должны добросовестно и добровольно это делать, дабы не приходилось, как сейчас, заставлять и уговаривать их прийти на заседания. Может быть, они не разбираются в юридических нюансах, но у них есть жизненный опыт, они в состоянии различить, что хорошо, а что плохо. Хорошо, когда у судьи есть возможность обменяться мнением с мудрыми людьми. Суд — это коллегиальный процесс… Институт присяжных заседателей с его сложной системой отбора и подготовки подходит больше таким крупным странам, как Америка или Россия.

— Да, страна у нас маленькая. В Латвии практически все судьи, адвокаты и прокуроры хорошо знают друг друга. Или вместе учились, или работали, или дружат семьями, или состоят в родственных отношениях… Может быть, теперь мы сможем привлекать в качестве экспертов или адвокатов для участия в судебных процессах специалистов из других стран ЕС?

— Латвия не единственная страна, которая сталкивается с такой проблемой. Действительно, многие наши судьи и прокуроры хорошо друг друга знают, в том числе и по совместной работе. Какой здесь возможен выход? В основном это проблема каждой отдельной личности. Ты можешь прекрасно знать человека, но надо уметь провести черту, за которой кончаются личные отношения и начинаются обязанности. Я не хочу обвинять адвокатов, но не секрет, что многие из них стремятся лично познакомиться с судьей или хотя бы создать видимость такого знакомства. Но тут все зависит от самого судьи… Что касается нашего законодательства, то с 1 мая вступила в силу норма закона, позволяющая привлекать зарубежных адвокатов в качестве защитников на судебных процессах Латвии. Это положение регулируется латвийским Законом об адвокатуре, в который в конце 2003 года были внесены соответствующие изменения. Но здесь встает проблема языка и знание местного законодательства.

По европейской мерке

— Может ли изменить нашу судебную правовую систему рассмотрение жалоб против Латвии Евросудом по правам человека?

— Конечно, и это уже происходит. Пример — дело Banka Baltija, в ходе рассмотрения которого Страсбургским судом было применено конкретное толкование закона. Для нас его решение является обязательным. Думаю, на наше законодательство повлияет и последнее решение Страсбурга по делу Татьяны Жданок. Если Европейский суд, принимая свое решение, указывает на конкретные нарушения закона, значит, мы должны думать об изменении законодательства в этой части. Для этого там работают наши представители, и, насколько я знаю, они постоянно общаются не только с Верховным судом Латвии. Они встречаются и с правительством, проводят разъяснительную работу.

— Что нам предстоит сделать, дабы судебная система Латвии стала равноценной европейской?

— Думаю, это очень обширная тема. Но отмечу две основные задачи: повышение квалификации судей и отбор кандидатов на должность судей. Вот я недавно был на одной конференции, и там коллега из Норвегии говорил, что они наконец добились, чтобы средний возраст судей с 57 лет "помолодел" до 50. Он говорил, что у них в основном судьями становятся люди, достигшие 40-45 лет. Мне кажется, это хорошо, когда судьями становятся люди, которые достигли определенной зрелости. Если человек 40 лет прожил в этом мире, то мы о нем уже знаем довольно много: где и как он работал, как зарекомендовал себя. И тогда действительно можно отбирать лучших из лучших. А у нас есть такие регионы, где до сих пор практически нет никакой конкуренции среди судей. Если бы она была, мы бы могли предъявлять более высокие требования к своим кадрам.

— А у нас какой средний возраст судей?

— Гораздо меньше, чем в Норвегии. У нас, правда, сейчас тоже изменилось законодательство, и теперь судьей можно стать только с 30 лет. Раньше с 25. Но если бы мы сейчас пошли в университет и спросили студентов, кто из них хотел бы работать судьей, вряд ли нашлось бы много желающих. Большинство захотело бы пойти в адвокаты или в практикующие юристы. Профессия судьи до сего момента была недостаточно престижной. Посмотрите, в каких условиях работают судьи, какая на них лежит огромная нагрузка и ответственность. К тому же они находятся под постоянным огнем критики. Да, судья должен быть открыт, но далеко не каждый может это выдержать. Хотя должен признать, что за последние годы многое изменилось — построено здание суда, увеличилась и заработная плата судей.

Сажать чаще?

— Тем не менее по-прежнему бытует мнение о коррупции в рядах служителей Фемиды.

— Столько лет об этом говорят, но ничего конкретного — только в общем плане. Все как будто все знают, но почему нет этих уголовных дел? Думаю, общество и само должно проявлять сознательность и активнее участвовать в искоренении недостатков. Судьи не занимаются расследованием дел судей. Это дело Бюро по борьбе с коррупцией и правоохранительных органов, которые должны собирать и проверять информацию. Я уверен, что судьи и сами были бы рады, если бы их ряды вычистили от недобросовестных людей. Если есть информация — надо ее проверять, а не обсуждать по углам!

— Недавно на ежегодной конференции судей вы говорили о чрезмерной гуманности наших судов. Вы считаете, надо сажать чаще и больше?

— Мне кажется, это немного провокационный вопрос. Однако журналисты, наверное, вправе задавать такие вопросы. Нет, конечно, я не призываю сажать всех подряд, я не такой кровожадный. Но там, где это нужно — а я говорил об особо тяжких преступлениях, за которые законодатель предусмотрел довольно суровое наказание, — суд должен применять эти наказания. Да, закон предусматривает случаи, когда в виде исключения можно применить условную меру. Но, к сожалению, по моему мнению, в последние годы наша судебная практика пошла по не совсем правильному пути. Перед выступлением на конференции судей мы проанализировали уголовные дела по определенным категориям. И мне показалась весьма тревожной тенденция, когда за тяжкие преступления, связанные с наркотиками или взяточничеством должностных лиц, суды выносили необоснованно мягкие приговоры.

— Чем можно объяснить, когда за аналогичные преступления наши суды выносят совершенно разные наказания? Взять, к примеру, дела о дорожно-транспортных происшествиях. В одних случаях виновные приговариваются к условному наказанию, хотя есть человеческие жертвы. В других, даже если все пострадавшие живы, человека приговаривают к реальному тюремному сроку.

— Это действительно проблема. И на предыдущей конференции мы ее обсуждали. Мне трудно ответить за то, что сделали мои коллеги-судьи. Я могу только сказать, что в каждом конкретном случае должна быть серьезная мотивировка, почему суд принял то или иное решение. В других странах существует прецедентное право, когда выносится какой-то приговор и далее во всех подобных случаях принимаются только аналогичные судебные решения. У нас судья вроде бы более свободен в своих действиях. Но надо уметь этим правом пользоваться. Надо правильно толковать закон, хорошо знать судебную практику. Не хочу, чтобы меня поняли неправильно, как будто я выступаю только за суровые наказания. Но что касается взяточничества, особенно если преступления совершили люди, которые сами должны следить за соблюдением закона — прокуроры, судьи и т.д., — по таким делам не должно быть никаких отступлений. Со всей суровостью закона!

Наказание — по соглашению

— Вы не раз выступали за необходимость упрощения и ускорения судопроизводства. Что на сегодня удалось внедрить и в какой форме?

— В парламенте сейчас находится наш проект Уголовно-процессуального кодекса. Могу назвать три основных принципа, которые позволяют суду при рассмотрении некоторых преступлений выносить свои постановления, не прибегая к судебному расследованию: когда есть чистосердечное признание вины, в деле имеются бесспорные доказательства и преступление не относится к категории тяжких. С 1 марта сего года в порядке эксперимента уже введена норма, позволяющая ускорить рассмотрение дел в судах: на досудебной стадии прокурор и адвокат обвиняемого имеют возможность в присутствии судьи заключить соглашение о мере наказания. Но подсудимый должен лично подтвердить, что он признает свою вину и добровольно принимает условия соглашения. После этого судья должен или утвердить или отклонить это соглашение. И назначить наказание.

— Почти как в американском сериале "Закон и порядок"!

— В мире подобная досудебная практика рассмотрения нетяжких уголовных дел уже давно существует. Будем надеяться, что и у нас в Латвии она получит поддержку. Кроме того, в проекте предусмотрена такая норма закона, как "Прокурорский ордер о штрафе". Эта норма предусматривает возможность заключения соглашения о размере наказания между прокурором и обвиняемым без участия судьи. Но здесь должны применяться те же принципы: преступление не должно быть тяжким, признание сделано добровольно и доказательства очевидны. И обвиняемый согласен, чтобы его дело не направлялось на судебное рассмотрение.

А судьи кто

— Вы сегодня много говорили о профессионализме судей, их квалификации. Можно ли считать судью компетентным, если его решения отменяются вышестоящим судом? Сколько надо отменить приговоров, чтобы встал вопрос о соответствии судьи занимаемой должности?

— Это очень упрощенный подход. В практике часто бывает, что если судья квалифицированный, то ему дают дела повышенной сложности. Но по таким делам бывают разные мнения, нередко их приходится направлять на доследование. И в результате получается, что у этого хорошего судьи показатели совсем плохие. А есть судьи, которые всю жизнь специализируются по каким-то однотипным делам и ведут их годами по накатанной колее. У них и стабильность прослеживается, и дела эти, как правило, никто не обжалует. Но вряд ли это правильный подход. Сам по себе отмененный приговор еще не свидетельствует о низкой квалификации судьи. Хотя, конечно, обращать внимание на это нужно. Я думаю, судьи в основном следят за своими показателями и председатели суда тоже должны вести свою статистику. Она будет иметь определенное значение и при продвижении судьи по служебной лестнице.

Телеграф

Латвия будет спорить с Россией в Эдинбурге

Сегодня в Эдинбурге начинается заседание Парламентской ассамблеи Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), на котором Россия намерена подать направленную против Латвии и Эстонии резолюцию.

Ирина ОСИНСКАЯ

Нашу страну в Эдинбурге представляет делегация в составе депутатов Сейма Андрея Клементьева (Партия народного согласия), Кришьяниса Петерса (Первая партия) и Линды Мурниеце («Новое время»). И, судя по всему, им придется довольно тяжело.

В проекте резолюции, которую подготовил спикер российской Госдумы Борис Грызлов, подчеркивается необходимость принятия Латвией и Эстонией дополнительных мер по расширению прав русско- язычных. Так, Россия, в частности, указывает на то, что Латвия и Эстония должны быстрее и без всяких оговорок ратифицировать Всеобщую конвенцию о защите прав нацменьшинств, а также 12-й и 13-й протоколы Европейской конвенции о защите основных прав и свобод человека. Россия рекомендует также предоставить негражданам право участия в выборах самоуправлений. И призывает правительства Латвии и Эстонии рассмотреть вопрос о присоединении к хартии 1992 года о европейских меньшинствах и региональных языках, а также указывает на необходимость ускорения натурализации - в том числе на упрощение этой процедуры и освобождения от платы за натурализационный экзамен.

Россия считает, что в густо заселенных негражданами местах они должны иметь возможность официально употреблять свой язык. И настаивает на том, что правительства Латвии и Эстонии должны немедленно искоренить неравенство в социально-экономических правах граждан и неграждан.

В свою очередь, Латвия подготовила к проекту российской резолюции 17 поправок, направленных на то, чтобы преобразовать этот документ в общий комментарий, относящийся к соблюдению прав человека во всех странах-членах ОБСЕ. Латвия рекомендует исключить из заголовка резолюции ссылки на Латвию и Эстонию как конкретные государства.

Латвийская сторона предлагает также исключить из документа параграф, в котором говорится, что нерешенная проблема лиц без подданства существенно осложняет развитие демократических процессов в этих странах и не способствует справедливости и стабильности. Латвия хотела бы исключить также параграф о дополнительных мерах по обеспечению прав этнических меньшинств.

Латвия призывает добавить к тексту резолюции упоминание о том, что в ряде стран ОБСЕ национальные меньшинства постоянно сталкиваются с негативными стереотипами и отношение государственных органов к людям часто зависит от их этнического происхождения. Предлагается обратить внимание на то, что в ряде стран ОБСЕ встречается этническое насилие, которое приводит в отдельных случаях к гибели людей.

По словам секретаря латвийской делегации в ОБСЕ Игоря Айзстраутса, эти рекомендации направлены на то, чтобы указать на острые проблемы в области прав человека, существующие в самой России. Латвия призывает исключить из резолюции параграфы, требующие ратификации Всеобщей конвенции о защите прав нацменьшинств и обеспечения негражданам права участия в выборах самоуправлений.

Первоначально Парламентская ассамблея ОБСЕ рассматривает проект резолюции на заседании постоянного комитета, где представлены 55 стран - членов организации. Каждая страна имеет один голос, и они принимают решение о том, будет ли продолжено рассмотрение документа. Для этого необходимо две трети голосов членов ассамблеи. В случае положительного голосования резолюцию рассматривает один из комитетов ассамблеи. Это будет, вероятно, комитет по демократии, правам человека и гуманитарным вопросам.

Ратифицируем. Но потом...

Вчера в разговоре с «Часом» министр иностранных дел Латвии Рихардс Пикс заметил, что рано или поздно Латвия ратифицирует Рамочную конвенцию. Однако главной причиной, тормозящей этот процесс, по мнению министра, является большое количество неграждан и «по-прежнему не сформировавшаяся общность граждан Латвии». По словам Рихардса Пикса, ратификация Рамочной конвенции по защите прав национальных меньшинств должна состояться с рядом оговорок (правда, министр не сказал, каких именно) и ему лично очень импонирует опыт ратификации этой конвенции в Эстонии.

- Посмотрим на итоги заседания в Эдинбурге, тогда я и смогу вам все подробно прокомментировать, - резюмировал вчерашний разговор с «Часом» министр иностранных дел Рихард Пикс.

Час

Латвия выпустит марку в честь Билла Клинтона

Марку в память о состоявшемся десять лет назад визите в Ригу президента США Билла Клинтона решила выпустить Latvijas pasts. Новая марка выйдет тиражом в 300 тыс. экземпляров и ее номинал составит 40 латвийских сантимов.

Как сообщили корреспонденту «Росбалта» в пресс-службе почтового предприятия Латвии, посвященная визиту в Ригу президента США почтовая марка официально выйдет 6 июля. На ней будут изображены американский памятник Свободы и латвийская статуя Свободы, повернутые «лицом» друг к другу, а также переплетенные государственные флаги обеих стран, символизирующие дружественные отношения США и Латвии. Оформила марку художница Арта Озола-Яунарая.

Согласно доктрине внешней политики Латвии, США являются стратегическим партнером Латвии

Росбалт

Поколение Упс: ребенок ворует, мама глупо хихикает

«Час» подежурил с муниципалами в Латгальском предместье Риги. И понял: новое поколение выбирает улицу. Бесповоротно. Ведь дома - только несчастные и злые мамы...

Ольга ХАМЕНОК

Для начала приведу нормальный такой, вполне обыкновенный случай из практики муниципалов. Девушка - 15 лет, дома не ночует, вовсю гуляет, школу, естественно, прогуливает. Эту юную леди частенько отлавливают в разных притонах, препроваживают в участок. А потом туда вызывают ее мать, чтобы вручить квитанцию на штраф и передать дочь с рук на руки.

Мать - прилично одетая женщина, работает бухгалтером в фирме. Она в таких случаях, понятно, очень недовольна:

- А что мне с ней прикажете делать? На все мои уговоры ей плевать. Она говорит, что хочет жить одна, что дом ей вообще не нужен - приходит только отоспаться и помыться после своих гулянок. Зато ко мне на работу она заявляется регулярно - требует денег. И мне же штрафы за нее платить!

В заключение взволнованного монолога женщина выдает такое предложение: а зачем ей забирать дочь - пусть она у полицейских и остается. Полицейские, в свою очередь, начинают даму уговаривать - мол, подросток, трудный возраст, надо понять...

- Одна из главных проблем в том, - поясняет мне Зинта Берзиня, начальник инспекции по делам молодежи, - что на сегодня родители совсем не умеют разговаривать со своими детьми, как-то влиять на них. Короче - воспитывать. Они почему-то решили, что всем этим должны заниматься школа и полиция («за это вы получаете зарплату, которая начисляется из налогов, которые я плачу!»).

Понимаете, - продолжает г-жа Берзиня, - нам иногда приходится совершенно серьезно объяснять мамам, что ребенку нужны не только питание и одежда, но и внимание, забота... Я не шучу. Говоришь им об этом, а они только хихикают в ответ. Им это кажется нелепым.

А теперь представьте, что происходит в душе той же 15-летней девочки, когда в полиции, при посторонних людях, мать кричит: «Сделайте что-нибудь с этой дрянью, совсем, такая-сякая, от рук отбилась!»

Очень часто, когда мы разговариваем с детьми, пытаясь найти причину их неадекватного поведения, они нам говорят примерно такое: «Как хотелось бы, чтобы мама так громко не кричала, а хоть иногда была бы ласковая и даже улыбалась».

Вот и приходится полицейским объяснять вроде бы взрослым уже людям, что прежде всего нужно начинать с себя. Объяснять, впрочем, приходится в основном мамам (см. справку).

В целом, как понял «Час» за время дежурства, муниципалам сейчас приходится заниматься самыми разными проблемами. Вплоть до проверки дневников школьников.

Ведь в наше время порядок такой: если ребенок регулярно прогуливает, то об этом ставят в известность муниципальную полицию. И тогда каждую неделю «трудному ребенку» придется приходить в полицию «отмечаться» - показывать дневник с отметками и записями о том, что уроки он посетил.

- Но и в том, что дети прогуливают, часто виноваты именно родители, - поясняет мне инспектор Надежда Яунродзиня. - Хотя бы раз в полгода можно позвонить классному руководителю или сходить на родительское собрание, чтобы узнать, как там. Если чадо нарушает внутренние правила школы, дерется, дерзит учителям, прогуливает - родителям приходится платить штраф - до 50 латов. Но хуже другое - родителям иногда искренне наплевать, учатся их дети или нет.

- Вот есть тут мальчик, - рассказывают полицейские, - вроде бы даже из приличной семьи. Третий год уже, как застрял в 6-м классе из-за пропусков. А уроки прогуливает оттого, что спортсмен - хоккеем занимается. И родителям все равно, они решили, что хоккей - это главное, тут сейчас большие деньги можно заработать, а школа - так, ерунда.

А иногда полицейским приходится забирать детей из семей, где они находятся в условиях, попросту опасных для жизни и здоровья. Дело обычное: мать - проститутка, пьет, на детей наплевать.

Но напоследок, чтобы «не очень у вас там все мрачно получилось», полицейские рассказали мне удивительную историю.

Приехали мы в одну семью, где был маленький ребенок, рассказывает г-жа Яунродзиня. Вонь, грязь страшная, щенок справляет естественные надобности прямо здесь, в комнате, на паласе. А мама в запое - ее все это не интересует. И вот мы приехали, ребеночка забрали, отвезли в приют. Но когда дело уже было передано в сиротский суд, чтобы лишить маму родительских прав, эта женщина вдруг очнулась. Перестала пить, убрала квартиру и даже купила стиральную машину на занятые у соседей деньги. Недавно проверяли - пока у них вроде бы все в порядке...

Справка

Примерно четверть рижских семей сейчас неполные. 24,3% детей воспитывает только один родитель. Иначе говоря, мамы воспитывают детей сами. Изредка встречаются и «кормящие» папы, но это редкость. Папы, как правило, предпочитают не тратить время на воспитание наследников, а самореализовываться, искать себя.

Кстати, это рекордные цифры для Европейского союза. Несколько примеров для сравнения: в Вильнюсе таковых - 5%, в Таллине - 6,6, в Праге - 16,5, в Брюсселе и Будапеште - по 13,1. Меньше всего неполных семей в Греции - от 2,8 до 4,3, и в Португалии - от 3,1 до 4,5. Причина очевидна: в обеих странах религия традиционно занимает значительное место в общественной жизни - более 90 процентов жителей декларируют себя как люди верующие.

Час

На главную Назад